Его карьера — калейдоскоп драматических поворотов. В московское «Динамо» Казаченок перешел перед последним для бело-голубых чемпионским сезоном, но на поле не выходил: уход из родного «Зенита» аукнулся дисквалификацией. Второй раз, и уже вынужденно, любимец трибун и герой фанатского фольклора покинул «Зенит» перед «золотым» 1984-м. Но успел и до Клуба Григория Федотова дослужиться, и почти со всеми мэтрами тренерской мысли 70–80-х поработать. Пятнадцать лет назад именно Казаченок привел в «Зенит» к Юрию Морозову 18-летнего парня, который перепишет все бомбардирские рекорды страны. Готовясь узнать подробности, располагаюсь в кабинете директора зенитовской академии, от которой заждались новых кержаковых. За окном – великолепие с шестью изумрудными газонами, ожидающими возвращения с каникул юных зенитовцев.

Владимир Казаченок: «Тридцать лет без «крестов»

Марш Блантера на заводском стадионе

— Ваш футбольный путь в каких условиях начинался? — интересуюсь у легендарного бомбардира «Зенита».

— На стадионе в Колпино было одно поле на всех. Три взрослые команды и шесть детско-юношеских. Тогда все стадионы были при заводах, следили за полями внимательно. Но от такой нагрузки к середине лета трава оставалась только по краям.

Футбольный путеводитель по городам мира

— Играя за школу из Ленинградской области, какую ставили цель?

— Знал, что «Зенит» уже стал главной командой в городе. Но себя к ней не примеривал. У меня тогда перед глазами другие были ориентиры.

— Это какие же?

— На матчах мужских команд чемпионата Ленинграда на колпинском «Ижорце» собиралось около трех тысяч – полные трибуны. Кому места не хватало, располагались по бокам и в траве. Команды выходили на поле под марш Блантера, играл колпинский духовой оркестр. Праздник! Даже билеты на эти матчи продавали.

— Да вы что?

— Взрослый – двадцать копеек, детский – пять. И вот лежу я в траве и думаю: неужели и сам когда-нибудь выйду играть за мужскую команду ижорского завода на это поле?! Под марш Блантера! Мечта!

— Тогда многие футбол с хоккеем совмещали.

— Меня хоккей тоже не обошел стороной. Даже в СКА приглашали.

— Продолжаете удивлять.

— Я выступал за хоккейный «Ижорец» на чемпионате города, в других турнирах. А мой тренер в футбольной школе, Сергей Иванович Сальников, бывший хоккеист, за СКА играл. После турнира профсоюзов Сальников мне говорит: «Тебя Николай Пучков приметил, на сборы перед новым сезоном приглашает».

— Голова не закружилась, часом? Сам Пучков!

— Хоть и было всего семнадцать, эйфорией не накрывало. Порадовался, но понимал, что это лишь возможность показать себя. А ее получали многие.

— Жду продолжения истории с Пучковым.

— А на этом все и закончилось. О приглашении Николая Георгиевича узнал весной 1970-го. Летом в составе сборной Ленинграда по футболу поехал в большое турне по стране. Вернулся – турнир «Надежда». А сразу после я был зачислен в дубль «Зенита». Так тема со СКА и закрылась.

Злой Бурчалкин

— Многие зенитовцы 80-х попали в команду транзитом через ленинградское «Динамо». Почему вы прошли мимо?

— Сам не знаю. Нескольких ребят из моей команды приглашали. Но я об интересе к себе со стороны «Динамо» никогда не слышал.

— Так бы с Геннадием Орловым в одной команде сыграли.

— Я его на поле увидел, когда впервые оказался на «Петровском», тогда еще стадионе Ленина. Приехал в составе юношеской сборной Ленинграда, днем там у нас была тренировка, а вечером «Динамо» играло. Всю погоду в команде средняя линия делала – Петров, Соловьев, Егоров, Баскаков.

Геннадий Орлов: «Когда был игроком, вел себя почти так же, как Широков»

— А Геннадий Сергеевич что за игрок был?

— В атаке играл. Лишний вес у него и тогда в глаза бросался. (Улыбается.) Но удар чистенький, аккуратный, передачи выверенные. Все стандарты в «Динамо» Орлов исполнял. Заметная фигура.

— В «Зените» начала 70-х тогда кто верховодил?

— Лидерами были Бурчалкин и Садырин. Но они к молодым относились демократично.

— C дедовщиной другие знакомили?

— Если она и проявлялась, то лишь со стороны пары ветеранов и очень редко. Хотя иерархию молодые и сами соблюдали. Когда старшие заходили в бильярдную, кий для них сразу освобождался. В столовой тоже они ели первыми. Равны все были только в кинозале.

— Бурчалкина в команде Выручалкиным называли?

— (Смеется.) Нет, на трибунах только. Митрич поражал настроем. На поле таким резким и злым становился, что казалось, не уступит никому и никогда.

— Что лучший бомбардир «Зенита» 60-х умел как никто другой?

— Когда они с Борисом Кохом на тренировках отрабатывали удары, я заглядывался. Изумительно аккуратное и четкое исполнение. Порой казалось, у вратарей шансов нет изначально.

Владимир Казаченок: «Тридцать лет без «крестов»

Голова Бубнова

— В московское «Динамо» вы переходили накануне сезона, который принес бело-голубым последнее до сих пор «золото».

— Но играть не мог – желание уйти из «Зенита» дисциплинарные органы назвали неэтичным поведением. И оценили дисквалификацией. Призывной возраст еще не закончился. Но в «Зените» считали, что мне уходить в ведомственную команду необязательно, – хотели в Ленинградском военном округе оставить. Я же, получив предложение от бело-голубых, им заинтересовался. Заранее договорился и написал заявление о переходе. Все сделал вовремя и по правилам. Не знаю, на каком уровне в Ленинграде решали этот вопрос, но, видимо, убедили комиссию запретить мне играть. Хотя радость от чемпионства разделил вместе с ребятами. Сняли дисквалификацию осенью, накануне матча Кубка чемпионов с АЕКом.

— Чем победа в чемпионате стала для «Динамо»?

— Радовались, но наслаждением от выигранного «золота» не увлекались. Помнили, что весенний чемпионат 1976 года был коротким. Поэтому больше думали о том, чтобы закономерность этой победы подтвердить.

— Выигранный кубок на фоне «золота» смотрелся?

— Он воспринимался, наверное, столь же эмоциально, как и успех в чемпионате. Но такой же престижной для нас была серия с киевским «Динамо». За пару сезонов мы тому звездному составу, взявшему Кубок кубков и Суперкубок Европы, ни разу не уступили. Такого проявления радости у Лобановского никогда больше не видел.

— А подробней?

— Накануне чемпионата 1977 года «Динамо» все матчи на сборах прошло на ура — не пропускали вообще. Тогда друг другу дали обещание, что и в чемпионате будем держаться «насухо». Первый мяч пропустили в шестом туре — с Киевом 1:1 сыграли. Лобановский так радовался, что целовать cвоих игроков выбежал на поле.

Вечерний Бубнов. Как зарабатывают футбольные комментаторы и эксперты

— Бубнов в середине 70-х каким был?

— Громоотводом для Минаева с Максименковым. Они над Бубновым подтрунивали по любому поводу. Он был единоличником, но когда команда на сборах подолгу сидела, в одиночестве надолго никто не оставался. Вот Саша с Максом и Минаем то чайку посидит попьет, то прогуляться выйдет. После тренировок они часто навешивали, а Бубнов удары головой отрабатывал. Как-то добился до того, что к врачу с распухшей головой повели.

Динамовская семья

— В чем была тренерская изюминка Севидова?

— Великолепный аналитик. Любил своими мыслями и наблюдениями с игроками делиться. Поехали на заграничный турнир. Готовимся к матчу, и спрашивает нас: «У кого в мире сильнейшие защитники?»

— У кого?

— Вся команда хором: «У ФРГ, конечно». А Сан Саныч: «Ничего подобного». И показывает нам запись игры бразильцев. Присмотрелись – их защитников действительно ни обыграть, ни обмануть. Один в один они играли тогда лучше всех в мире.

— У вас в «Динамо» тоже защитники были не промах.

— (Смеется.) Коса и Автоген (Сергей Никулин и Александр Новиков) были у меня в «Динамо» самыми близкими друзьями после Гонтаря с Пильгуем. Но на тренировках случались «зарубы». Севидов часто устраивал игры один на один. Я выходил против Никулина. Обычно через несколько минут все останавливались и смотрели только на нас с Серегой. Как мы друг другу «втыкаем». Я о бразильских защитниках сказал. Новиков c Никулиным такими же были: резкие, координированные, один в один не обыграешь. Сейчас у нас таких нет.

— Чем нынешнее «Динамо» отличается от вашего?

— Клуб перестал быть одной семьей. Все сами по себе. А я помню другое «Динамо». Например, в отличных отношениях был с «русачами» — ребятами из русского хоккея. А пока дисквалификацию отбывал, часто ездил на тренировки ватерполистов – занимался с ними. Даже один матч в чемпионате СССР сыграл.

— Потрясающе!

— И это далеко не все. Если тренировки по времени с баскетболистками совпадали, то играли с ними в зале.

— Смешанными составами?

— Почему? Они против нас. Таня Овечкина, Галя Воронова c компанией выигрывали чаще. (Улыбается.) А беседы с волейбольным тренером Гиви Ахвледиани — ценнейшие уроки на всю жизнь. Глубочайший кладезь мудрости и знаний!

Владимир Казаченок: «Тридцать лет без «крестов»

Выволочка от министра МВД

— На приеме у высшего динамовского руководства бывали?

— Дважды – в честь побед в чемпионате и Кубке. Особенно впечатлил первый.

— Чем же?

— Во главе стола – министр МВД Щелоков. По краям — весь генералитет. Сначала мы выступили с ярким докладом. Потом Щелоков спрашивает у Севидова о нуждах команды. Ну а Сан Саныч так по-простецки отвечает: «Да вот, Николай Анисимович, подписаться на журналы «Америка» и «Англия» никак не можем. Машин бы несколько…» Богданов, председатель Центрального совета, уже сидит красный как помидор, на Севидова с ненавистью смотрит. Мол, тебе ж велено сообщить, что все хорошо, а ты тут разговорился…

— А дальше?

— Щелоков дослушал. Поднял ответственного за квартиры. «Ты в 30 лет кем был? — спрашивает. Майором? Все блага уже имел. А Маховиков в 30 лет закончит карьеру, и у него даже квартиры хорошей нет». Отодрал этого генерала как сидорову козу. Поднимает следующего: «Ты подписку на журналы кому отдал – спекулянтам знакомым? А наши футболисты постоянно за границу ездят, но даже узнавать об этих странах не могут».

— Футболисты результаты этих выволочек видели?

— Еще какие! Подписку на журналы получили сразу. Пять человек по «Волге» — через месяц. За одно заседание решались вопросы, которые копились годами. Информация о наших нуждах «наверх» не докладывалась.

Отказал даже Бескову

— На второй год после возвращения в «Зенит» вы под руководством Морозова привели «Зенит» к первым в истории медалям. Чем была хороша та команда в 1980-м?

— Это вовсе не случайный «выстрел». Просто несколько сезонов серьезнейшей работы, с привлечением науки, дали наконец результат. Мы тогда могли по 70 минут прессинговать любого соперника. Тяжело против нас было всем. Многие специалисты называли «Зенит» одной из сильнейших команд СССР.

— Прыжковые и беговые нагрузки Морозова бывшие зенитовцы вспоминают с содроганием.

— А мне нравилось. Я все переносил без проблем. Важнейший тренерский принцип Морозова и Лобановского звучал так: «Тренировочная нагрузка обязательно должна моделировать игровую». В матчах порой даже легче было. Если прессинг используешь грамотно и соперника быстро накрываешь, то сил тратишь меньше. Не надо туда-сюда носиться.

— Как ваша жена относилась к знаменитой речевке: «Я хочу ребенка от Володи Казаченка»?

— (Улыбается.) Спокойно. На стадион жена иногда ходила, давно знала, что футболисту от этого фольклора никуда не скрыться.

— Когда эта кричалка появилась?

— Я ее услышал или в «бронзовом» 80-м, или на следующий год. Но это на стадионе. А содержание всех кричалок я к тому времени давно освоил наизусть.

— Откуда?

— Мы жили на седьмом этаже. И все стены, с первого до последнего, были расписаны речевками. Причем оформлялись они со вкусом – в художественном стиле, красивым почерком. Так что любой зашедший в парадную узнавал, кто там живет.

«Бесков запрещал Тетрадзе есть на завтрак яичницу». Истории бывшего врача «Динамо» Андрея Багдасаряна, работавшего в клубе в разные эпохи

— Бесков сколько раз в «Спартак» звал?

— Знаю про один. Я уже вернулся в «Зенит», начал за него играть. Приехал в Москву на собрание с участием футболистов, и после него Юрка Гаврилов передал, что Константин Иванович приглашает.

— С ним встретились?

— Нет. Я сказал Гаврилову, что это не тема для разговора. Из «Динамо» меня отпускали с уважением – ведь в любимый «Зенит» уходил. Как бы после этого мой переход к злейшим соперникам смотрелся?

— Отказ повлиял на решение Бескова оставить вас без Олимпиады?

— Меня к этой версии часто склоняют. Но я в нее верить не хочу. В 1979-м сыграл за олимпийскую сборную несколько матчей. В конкурентах были Блохин, Газзаев, Андреев, Родионов. Думаю, решение Бескова было только футбольным.

— Другая версия – он вам не простил шутку про плоскожопие на традиционно долгой у него теории?

— (Смеется.) Я все-таки покультурней был. В кругу партнеров сказать подобное мог. Но тренерам – никогда.

Владимир Казаченок: «Тридцать лет без «крестов»

Поставьте молодого рядом с Гараем

— «Зенит» вы покинули накануне первого в истории чемпионского сезона. Чувствовали в себе силы внести лепту в золотые медали?

— Сначала иллюзии и терзания еще были. Но вскоре понял, что травма, которую получил в 1983-м, с большими нагрузками уже не сочеталась.

— Что за травма?

— Крестообразные связки оторвались. Но другие были сильными, все компенсировали. Поэтому операцию делать не стали. Малые нагрузки выдерживать мог, но не для высшей лиги. Когда несколько лет назад оперировался, врачи сказали, что я 30 лет без «крестов» ходил.

— Вы учились у многих корифеев тренерской мысли. Кто как для нападающего был для вас лучшим?

— У всех учился, всем благодарен. Выделю, пожалуй, Севидова. Он приучил оценивать игру аналитикой, а не эмоциями. Если забил красивый гол, да еще и победный, — здорово. Но если это единственный результативный удар из двадцати, то задумайся, насколько ты полезен. К тому же и Морозов приучал. По статистике, я в среднем за матч входил с мячом в штрафную двадцать четыре раза! Вот и думайте, какова вероятность результативных действий. Сейчас футбол изменился. И цифры совсем другие.

Закрой за мной дверь. Почему «Зениту» не нужны воспитанники

— Сегодня отсутствие в «Зените» молодых воспитанников питерского футбола для болельщиков больная тема.

— Требования к игроку «Зенита» сегодня настолько возросли, что сравнивать с любой эпохой из прошлого смысла нет. Но, на мой взгляд, играй в чемпионате России рядом с Гараем молодой футболист, мы получим о нем гораздо больше информации.

— Это ведь риск.

— Ошибки, конечно, будут. Но в чемпионате России к провальному результату не приведут. Пока же постоянно молодежь в официальных матчах мы видеть не будем, их настоящий уровень так и не узнаем.

Уникальный Кержаков и недовольный Бесчастных

— Тем не менее Кержаков после КФК, где играл за ваш «Светогорец», закрепился в «Зените» сразу. Что его выделяло в 18 лет?

— Такие примеры есть во всех поколениях. Саленко заиграл в «Зените» в 16 лет, Радимов в ЦСКА – в 18. Хотя лидерами они стали не сразу. Кержаков тоже. Тем не менее эти ребята, конечно, уникумы.

— В чем была уникальность Кержакова?

— Рассказываю. В конце 2000-го я договорился с научной группой из университета Лесгафта об углубленной диагностике функциональных возможностей игроков «Светогорца». Оценивали выносливость, силу, способности мышц выдерживать нагрузку — куча показателей. В заключение писали общую оценку. В том же университете обследовали «Зенит». Захотел сравнить. Доступ к их данным был закрыт, но я все же до них добрался.

— Каким образом?

— У меня с научной бригадой отношения были хорошие, уговорил втихаря мне результаты зенитовцев показать. Юрий Морозов об этом не знал.

— И что увидели?

— Показатели Саши Кержакова уже тогда были на уровне трех лучших игроков «Зенита».

— Ничего себе!

— Кроме него в «Светогорце» еще человека четыре по функциональным возможностям «Зениту» полностью соответствовали. Но исследование не зря называлось углубленным. Заключение по Кержакову говорило о том, что у него еще огромный потенциал. И пределов ему не видно.

— Что сказали Морозову, когда привели к нему в «Зенит» 18-летнего паренька?

— Дал гарантию, что Саша к нагрузкам готов и на тренировках у Андреича не «ляжет». Кержакову говорил то же самое, поэтому и предупреждал, чтобы на поблажки не рассчитывал. Но я сказал Морозову, что отдаю Кержакова только в основной состав. Иначе он мне и самому нужен: «Светогорцу» предстоял дебют во втором дивизионе, а в составе – 17–18-летние ребята.

— В «Химках» вы, наоборот, работали с именитыми ветеранами. Трудно в первой лиге с такими?

— Наоборот – легко. Для ветеранов в «Химках» оставалась отличная возможность хлопнуть дверью – под конец карьеры снова поиграть в Премьер-лиге. С мотивацией у них был порядок. Тот же Андрей Тихонов – человек открытый, доброжелательный. Ценный для тренера помощник – молодежи много подсказывал.

— Зато Бесчастных говорил, что ваша подготовка для бойцов из «краповых беретов» лучше подходит. Футбольного мало.

— Футбольного у нас хватало. Беговой и прыжковой работы тоже много было, да. Но ее результат – ни одной серьезной травмы за сезон.

— Чему же опытный бомбардир возмущался?

— В «Спартаке» и сборной он к другим тренировкам привык. Понимаю. Но до «Химок» Бесчастных играл в «Орле». Не знаю, как он там тренерские методы называл, зато забил за сезон три мяча. Во второй лиге. А у нас, с «нефутбольной» подготовкой, – почти «десятку».

Текст: Максим Михалко

Фото: Сергей Дроняев, ИТАР-ТАСС

Источник: ftbl.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

1 × 2 =